Пресса

Любовь, ревность, самоубийство, политические споры и семейные дрязги. Кажется, Горький написал эту пьесу буквально вчера… Но как только не играли «Мещан»! Как р-р-революцьонную - ее даже запрещали, а однажды, сто лет назад, в провинциальном Белостоке показ ее вызвал демонстрацию и аресты. Смотрели на «Мещан» и как на бытовую пьесу про вечнозеленый российский квартирный вопрос (поколения отцов и детей на одной жилплощади). В 1926 году Николай Иванович Собольщиков-Самарин поставил «Мещан» на сцене Нижегородского театра драмы так, что переживания главного героя, мещанина Бессеменова, по словам историков, «должны были вызывать беспощадный смех зрителей». А после легендарного товстоноговского спектакля 1966 года пьесу и вообще «закрыли» - кто ж в здравом уме станет спорить с легендой!

Вадим Данцигер – решился. И решительно сменил жанр. Из нейтральных «сцен» пьеса превратилась в «экзистенциальную драму». Почему так? Через несколько дней мы это узнаем.

На первой репетиции режиссер сказал актерам:

- Будем искать беса в рукаве у каждого персонажа. Невиновных в этой истории нет. Каждый раскачивал лодку. Каждый – приложил руку к разрушению.

Режиссер подчеркивает, что не ставит цель – непременно спорить со знаменитым товстоноговским спектаклем. Но время вносит существенные коррективы. И из сегодняшнего времени все выглядит иначе. Данцигер, постановщик остро-социального телесериала «Черкизон: Одноразовые люди» убежден: кроме социальной составляющей в горьковском тексте таятся и другие, более глубокие, современные созвучия.

- А, я понял: я – подкидыш, мальчик из немецкой семьи, родители умерли, Бессеменовы взяли на воспитание, гены и всё такое, впереди – Мюнхен, пивной путч, нацистская форма, - оттягивается в перерыве Николай Шубяков, репетирующий роль «главного разрушителя», революционно настроенного рабочего Нила.

Они могут сколько угодно шутить и пересмешничать, но переосмыслению действительно подвергается каждый персонаж. Вот, например, Тетерев. Кто он, этот человек, приходящий из ниоткуда и уходящий в никуда? Циничный, бесконечно уставший от жизни, очень точно видящий людей певчий - явно «человек с биографией». В сегодняшней нижегородской версии Тетерева будет играть Александр Сучков, актер с аристократическими чертами лица и изрядной долей «отрицательного обаяния». Актер, умеющий значительно молчать. Режиссер говорит, что встречал таких людей – один из них оказался… киллером. Возможно, у горьковского «певчего» за плечами нечто подобное, и именно это, тщательно скрываемое прошлое сформировало его мрачную философию? Или Поля - девушка, помогающая в доме Бессеменовых по хозяйству и неизменно приковывающая внимание мрачного Тетерева (ее играет Анна Сучкова). Вот она азартно выстукивает чайной ложечкой мелодию в компании молодежи, дурачится вместе со всеми у самовара. Но так ли она проста? Или Поля – дочь своего отца, рассуждающего о красоте певчих птиц и продающих этих самых птиц с непременной выгодой?

Горьковские герои в версии московского режиссера значительно помолодели: они еще только выбирают свой путь в жизни. Влюбляются. Флиртуют. Уводят друг у дружки женихов. Не хотят слушать надоевшие нравоучения старших. Жизнь! Но и вместо «старика Бессеменова» мы увидим вполне еще молодого, сильного человека - роль главы разрушающегося семейства играет Сергей Блохин. Играет отчаянно, страстно. Он, похоже, тоньше всех чувствует приближение катастрофы. И он бесконечно одинок. Кажется, еще мгновение, он включится в веселье и игры молодежи. Он и хотел бы жить долго и счастливо, но…

- Спектакль получается такой… легкий, и это неожиданно, - размышляет за кулисами Сергей Блохин. – Может, так и надо? Шутим, смеемся, ссоримся-миримся, а потом – бац! - вдруг понимаем: жизнь рухнула! Мы с режиссером ищем дополнительные краски для моего героя. Вот он вроде ворчит, ругает детей, а одновременно тянется обнять сына…Одновременно!

Вообще всех здесь связывают непростые отношения притяжения-отталкивания, и это очень современная нота. Вот по-мальчишески пикируются Петр (Валентин Омётов) и Нил (Николай Шубяков), и Нил, дурачась, прыгает на спину названному братцу. Вот квартирантка Елена (Вероника Блохина) вскакивает на табуретку и пытается тоже ораторствовать, но смешливая природа берет верх над «умными словами» - лучше она споет. А в это время дом-ковчег уже кренится. Недаром художник-постановщик Андрей Климов (Москва) выстраивает декорацию, больше похожую на трюм корабля, чем на уютный дом. Из-за кулис особенно отчетливо видно, что живущие в нем люди этого крена не замечают.