«УМОЛК РЕВ НОРДА СИПОВАТЫЙ…»
Вышедшая в 1908 году в издательстве Пирожкова драма Мережковского «ПавелI» сразу была запрещена и конфискована как проявление «дерзостного неуважения к Высшей Власти…» Четыре года спустя вердикт удалось оспорить в суде, обвинения с автора были сняты.
Писатель продолжил работу исследователя феномена самодержавия как манифестации силы Антихриста, создав трилогию «Царство зверя», куда помимо «Павла» вошли романы «Александр I» и «14 декабря». И тут Мережковский был прямым наследником традиций русской исторической драматургии, где начиная с «Хорева» Сумарокова, история всегда была, прежде всего, поводом прямого высказывания по самым актуальным вопросам с непременным «уроком» царям и властителям.
«Павел I», рассказывающий о горе страны, чье существование целиком подчинено желаниям, капризам, маниям одного человека, - впрямую адресовался августейшему читателю. Судьба пра-пра-деда читаласьнедвусмысленным предостережением царю, уже пережившему революционные волнения 1905 года и живущему под грозной тенью нависающей катастрофы и торопящему ее всеми своими метаниями в политике внутренней и внешней.
Режиссер Елена Невежина и художник Дмитрий Разумов создали на сцене нижегородского театра драмы облик царства, где властвуют сумерки и свободно разгуливают призраки. Страны, которую уже накрыли крылья ночи, и потому ожили все мороки и химеры.
На сцене – макет Михайловского замка (он же - императорская кушетка, он же – стол для государственных бумаг). Черные капюшоны сгрудились караулом по краям сцены и оживают в самые неожиданные моменты… Программная костюмированность спектакля – с кринолинами и пудренными париками и набеленными лицами царедворцев - тут отсылает отнюдь не к оперному большому стилю, но к фильму ужасов. Танцующие «психеи» в ампирных платьях с высокими талиями, кажется, вот-вот обнажат клыки вампиров.
Главным героем же спектакля стал отнюдь не несчастный сумасшедший Павел-Евгений Зеринс его резкими переходами от любви к человечеству к крикам «запороть», с его мечтами о благе всего человечества и с полкомотправленным на завоевание Индии без карт и фуража… Главным героем не стал иего благовоспитанный наследник – цесаревич Александр-Иван Бычков.
В центре спектакля Елены Невежиной - интриган и политтехнолог граф Пален-Сергей Блохин.Военный губернатор Петербурга ведет опасную игру и с императором, и с цесаревичем. Он подслушивает, подсматривает, лукавит, множит слухи и сплетни, нагнетает атмосферу истерической безысходности. Но и сам отравляется общей бациллой страха и предощущения грядущей катастрофы…
Граф Пален уверен, что главная угроза российской империи – сумасшедший с бритвою в руке занявший императорский престол.
Но будет ли благодетелен для России дворцовый переворот, который усадит на трон отцеубийцу?
Графу кажется, что все нити интриги в его руках. Он обольщает, запутывает, заговаривает Павла, которому как всякому слабому человеку так хочется кому-то довериться и на кого-то опереться. Он искушает, льстит и запугивает Александра, который как всякий начинающий политик мнит себя стратегом и тактиком…
Но и сам этот сухопарый и храбрый военный и искушенный царедворец – только пешка в руках рока.
Все громче и настойчивее звучит «Болеро» Равеля (выбор музыки, может, слишком лобовой и однозначный для полифонического и сложно придуманного спектакля Елены Невежиной, слишком прямо договаривающей предрассудок любимой мысли.
Каждый шаг, каждый поворот сюжета торопит и окликает катастрофу. Последнее свидание Павла с Анной Гагариной-Маргаритой Баголей. Женское сердце чувствует беду: Анна просит Павла провести ночь в ее покоях. Но император непреклонен. Судьба-тревога даже не ведет, но буквально тащит его в тщательно подготовленную ловушку…
Ангелами смерти плывут фрейлины, заступают на караул черные капюшоны. Действующие лица выстраиваются на авансцене в караул с масками императора в руках …
Заговорщики обсуждают как скорее привести тело в надлежащий вид (били даже мертвого и сильно изуродовали тело). Вдовствующая императрица приглашает старшего сына Александра пойти взглянуть на отца и протягивает ему корону…
Русская история вступает в новую фазу: впереди «дней Александровых прекрасное начало», которое славили и Державин, и Пушкин. Впереди Отечественная война. Впереди разочарование в «плешивом щеголе» на троне. Впереди бунт 14 декабря… История движется по спирали и каждый поворот оказывается все более кровавым.
Ольга ЕГОШИНА
