(Нижегородский театр драмы, «Господа Головлевы», режиссёр Искандер Сакаев)

В конце сезона театр драмы выпустил «Господ Головлевых» – спектакль, требующий вдумчивого, обстоятельного просмотра. Если бы существовало такое увеличительное стекло, то за жизнью Головлевых Искандера Сакаева нужно было бы смотреть сквозь него – в попытке объять эту необъятную художественную реальность в самых мелких подробностях.

Жанр спектакля – «умопомрачение» – загадывает загадку, над которой зрителю предстоит биться три с лишним часа: видения-вспышки, искаженные воспоминания, которые рождает мозг Иудушки, – они далеки от объективной реальности и рождают свою. Потемки души «выморочного барина», завернутые в интереснейшую сценографическую обертку, «Господа Головлевы» – это злая фантасмагория, бурлящая, изменчивая, как само Иудушкино сознание. Будет ли луч света в этом темном царстве?

Хотя к «Головлевым» часто обращаются режиссеры, у них нет шлейфа «это должно быть поставлено вот так», который есть, с этим сложно спорить, у множества классических произведений. А здесь – поле для эксперимента, тем более что жанр сформулирован как «умопомрачение» (слово амбивалентное, трактуемое как положительно, так и отрицательно).

«Головлевы» Сакаева – не о крепостном праве, не о кромешной тьме в человеческих душах. Зрителя, конечно, погружают в эту кромешную тьму, да и временной контекст сложно убрать совсем – это быт, это уклад, но спектакль удивительно созвучен сегодняшнему дню, страшно созвучен.

Он – о кризисе семьи, о разрушении ее изнутри, причем разрушении постепенном и, казалось бы, невольном. Что делать, когда все идет под откос, как спастись и возможно ли спасение, если не физическое, то духовное, внутреннее?

Трагизм здесь почти шекспировский. «Головлевы» у меня странно пересеклись с «Макбетом», самой мрачной, наверное, шескпировской пьесой (может быть, потому, что Арина Петровна и Улита в первой сцене показались мне почти макбетовскми ведьмами).

Для тех, кто встречает спектакли по их визуальному ряду, «Головлевы», на мой взгляд, отличный образец целостной, работающей сценографии, если вы, конечно, не ждете «архивно-исторического» формата. Если ждете, то будете, как минимум, озадачены. То ли болото, то ли пепелище, засаленное дерево с отпечатками на нем окладов от образов, имение, головлеский погост – всё здесь единое пространство и всё – матафора (художник-постановщик – лауреат премии г. Нижнего Новгорода Борис Шлямин).

Воспеваемые Иудушкой силы отвернулись от Головлево, оставив его обитателей без поддержки и превратив некогда цветущее имение то ли в чистилище, то ли в личный ад – для каждого, кто попадает в него. Из «Головлева» нельзя выйти, как нельзя выйти из болота, можно только обрасти грязью. Сценография и костюмы отражают ее накопление, и, к концу спектакля, персонажи становятся больше похожи на насекомых, чем на людей.

В спектакле несколько десятков костюмов (художник по костюмам Наталья Кузнецова), каждый из них уникален. Все они призваны метафорически показать трансформацию каждого персонажа – через костюмы внутренний образ персонажа выводится наружу.

Конечно, это все помогает зрителю воспринимать спектакль и вникать в его структуру.

«Головлевы» Сакаева при своем внешнем своеобразии будут понятны широкой аудитории, можно даже «не освежать» роман перед походом в театр, и это очень важно.

В спектакле достаточно объемны первые сцены. Прозаический текст переведен в диалоги и монологи, это работает на максимальное донесение сути, понимание отношений между героями. Последующие сцены становятся короче, жестче и появляются из мрака как вспышки больного сознания.

Ключевой образ спектакля – образ погоста. Погост – как точка возникновения героев, как начало и конец их жизненного пути, и как метафора внутреннего мира Иудушки. Спектакль «закольцован» погостными сценами (концовка романа в спектакле становится началом), в которых так или иначе появляются все персонажи.

«Вся жизнь Иудушки пронеслась перед его глазами». Со всеми грехами, с чувством вины и бесконечным одиночеством. Об этом он думал перед смертью? Может быть…

«Господа Головлевы» – спектакль с сильнейшими актерскими работами, он вообще очень актерский. Юрий Котов – Иудушка – это отдельная вселенная. Актер – обладатель невероятной энергетики, кажется, что, если захочет, он сможет вызвать бурю.

Его Иудушка – мощный, масштабный и оттого, в какой-то момент, страшный и отталкивающий. В одном из костюмов, уже придя к финалу своей трансформации, «головлевский диктатор», сведя в могилу почти всех своих родственников, становится похож то ли на муху, то ли на паука. Он командует, поучает, пустословит, но он один, вокруг него – призраки. Хвост его пестрой вязаной мантии волочится, задевая «горелую бумагу». Нет ничего страшнее одиночества, если семья – это центр всего.

Еще одна актерская работа невероятного масштаба – это Арина Петровна Головлева (Елена Туркова). Бесконечный спектр красок и полутонов, жестокость, деспотизм, любовь, нерв. Ее образ, как и образы других персонажей, это представление Иудушки – идеализированный образ матери в прологе, контрастирующий с другими сценами, образы братьев, образы детей, это все – плод фантазии.

«Головлевы», что называется, обречены на успех, если не у широкой публики (хотя ей они будут понятны), то у знающей и приходящей на имена, потому что актерский состав блестящий. Алексей Хореняк (Павел Головлев), Сергей Кабайло (Степан Головлев), Анатолий Фирстов (Яков) – хочется наблюдать за каждым и запоминать в мелочах.

История Головлевых в спектакле не привязана ко времени, а значит, может происходить когда угодно: тогда, сейчас, в будущем. Основная ее часть – своеобразный путь к покаянию – происходит на глазах у зрителя, а само покаяние может случиться там, «за кадром». А может и не случиться. В этом прелесть этого спектакля. Он задает вопросы, но не дает напрямую ни одного ответа. Возможно, тернистый путь Порфирия Головлева – это путь к трагическому очищению.

Путь, который проходит через погост.

«Где все, почему я один, маменька?..» – под завывания механической вьюги спрашивает Порфирий Головлев. Его голос летит куда-то наверх. Ему не отвечают…

Полина Зонова

 

Версия для слабовидящих
×
Мы обрабатываем cookies, чтобы сделать наш сайт удобнее и персонализированее для вас. Подробнее: политика использования «cookies» и «политики конфиденциальности».

Для самостоятельной настройки ознакомьтесь с инструкцией Дополнительные настройки cookies в браузерах

Файлы cookie автоматически загружаются в ваш браузер при посещении веб-сайта. У вас есть возможность управлять этими файлами. Если Вы не согласны с использованием файлов cookies, запретите их сохранение на своём устройстве, удалите уже имеющиеся файлы cookies через настройки браузера или прекратите использование сайта.

При отключении обработки cookie наш сайт продолжит функционировать, однако будут использоваться исключительно необходимые технические файлы, без которых работа ресурса невозможна.

Инструкция по отключению cookies

Принять
Настроить
Отклонить