(Нижегородский театр драмы, «Твоя Катя», режиссёр Ирина Зубжицкая)

Екатерина Пешкова, в девичестве – Волжина, сожгла почти всю свою переписку с мужем, Алексеем Максимовичем Пешковым, знаменитым Максимом Горьким. Уцелела лишь часть писем – они, сохраненные наследниками писателя, легли в основу пьесы Нины Прибутковской «Твоя Катя».
И, знаете, Екатерину Пешкову можно понять. Мало какая женщина не захочет уничтожить свидетельства того, каким нежным и любящим был ее муж и каким холодно-отстраненным он стал. Хотя Горький был официально женат всего один раз, но спустя несколько лет брака Екатерину он оставил, и главной женщиной в его жизни стала актриса Мария Андреева. А Катя? Чего стоили признания, уверения, обещания?
 
Историю любви и нелюбви в спектакле Ирины Зубжицкой рассказывают Олег Шапков – Алексей, и Ольга Берегова – Катя. Они и в программке так обозначены, Алексей и Катя, без фамилий, потому что здесь не только конкретная история реально существовавших исторических личностей, но и рассказ о мужчине и женщине вообще. Они сидят у письменных столов, перебирают бумаги. Возле каждого – саквояж, иллюстрация постоянных разъездов, которые не дают возможности влюбленным быть вместе. Он в Самаре, она – в Москве. Он в Нижнем, она – в Петербурге. Их связь на словах (в особенности мужских) – пылкая и горячая, а на деле между Алексеем и Катей весьма тонкая нить, движение которой зависит от них обоих. И нить эта визуализирована, протянута на сцене, - можно подцепить и отправить что-то к другому столу: письмо, подвенечную фату или даже кусок колбасы. Но такая схема работает ровно до тех пор, пока один готов отправлять, а второй – принимать…
 
Поначалу Алексей выглядит больше как добрая пародия на писателя, с заострением самых характерных черт: «оканья» и усов (накладные, на веревочке). В какой-то момент «лубочного» Горького сменяет Алексей, горячо влюбленный мужчина, для которого уже сама мысль о Кате и ее любви является спасением. Сама Катя твердо верит, что скоро встретится со своим дорогим Алешей, чтобы стать его женой и больше уже никогда не расставаться. Напряжение вынужденной разлуки нарастает от письма к письму. На камерной площадке их только двое, формально актеры совсем близко, но до определенного момента не могут ни подойти, ни прикоснуться друг к другу. Граница между Алексеем и Катей условная, невидимая, но ощутимая.
 
Порой действие разворачивается не просто на личной – на интимной территории, и любовь приобретает измерение не только восторженное, но и реальное, земное. Олег Шапков и Ольга Берегова с материалом предельно аккуратны. Камерный формат предполагает пристальное внимание к актеру, задача перед каждым стоит сложнейшая – быть центром внимания и не фальшивить даже в едва заметных мелочах. В данном случае оба артиста – большие мастера – на высоте. Тем более, что по хронометражу постановка, кажется, доходит ровно до той критической точки, когда эпистолярный жанр перестает восприниматься совсем. Спектакль иногда становится сложно смотреть, поскольку требуется значительная концентрация не на действии, а на слове. Актерская работа, способность заставить зрителя за словами видеть образ и историю, становится основной движущей силой, не позволяющей действию «застыть» на уровне бесконечного диалога.
 
Герои меняются, меняются характеры. Каждый совершает личный своеобразный подвиг: он – общественный, она – личный. Алексей, после тюрьмы и лишений, добился того, во что верил и сам, и его Катя – стал известным писателем. Он нужен, он важен, к нему прислушиваются, его пьесы ставят. Но все-таки переписка – рассказ о личном, и потому в данном случае персональный подвиг Кати больше на виду, очевиднее, а достижения писателя Максима Горького будто бы чуть за скобками повествования. Для того, чтобы быть с любимым человеком, вдохновлять и поддерживать его (он действительно в этом нуждался), Катя Волжина отказалась от куда более выгодных партий. Отказалась от возможности учиться, хотя очень хотела этого. Не осталась в Санкт-Петербурге, хоть наверняка могла бы. Пошла, по сути, наперекор родительской воли, давай согласие на брак с человеком из другого сословия – Екатерина была дворянкой. Неизвестно, как настоящая Екатерина Волжина, а вот эта Катя, на сцене, ни разу не упрекнула Алексея, что он не оценил ее решений. Героиня Ольги Береговой по-женски мудра и в тот момент, когда любовь ее супруга уже не очевидна, задает самый правильный и самый мучительный вопрос – что я могу сделать? И получает ответ, равный «ничего»: «я все больше люблю Марию Андрееву». Алексею достает честности высказать то, о чем его умная Катя, вероятно, уже догадалась сама.
 
Основным вопросом остается – «почему?» Изначально ли были слишком различны? Нет. Разлука ли убила чувство? Тоже вряд ли, иначе оно погибло бы гораздо раньше. Но вполне возможно, дело в том, что на протяжении всей истории Алексей – добивался (невесты, лучшего места, известности), а Катя – отказывалась (от курсов, столицы, женихов иного круга и достатка). Оба действовали во имя любви и к финалу ее утратили – парадокс.

Ирина Винтерле
Версия для слабовидящих
×
Мы обрабатываем cookies, чтобы сделать наш сайт удобнее и персонализированее для вас. Подробнее: политика использования «cookies» и «политики конфиденциальности».

Для самостоятельной настройки ознакомьтесь с инструкцией Дополнительные настройки cookies в браузерах

Файлы cookie автоматически загружаются в ваш браузер при посещении веб-сайта. У вас есть возможность управлять этими файлами. Если Вы не согласны с использованием файлов cookies, запретите их сохранение на своём устройстве, удалите уже имеющиеся файлы cookies через настройки браузера или прекратите использование сайта.

При отключении обработки cookie наш сайт продолжит функционировать, однако будут использоваться исключительно необходимые технические файлы, без которых работа ресурса невозможна.

Инструкция по отключению cookies

Принять
Настроить
Отклонить