09.10.2017.

Андрей Журавлев: "Создатели спектакля «Тот самый Мюнхгаузен» в нижегородском театре драмы поделились секретами постановки", 27.09.2017

30 сентября, 1 и 11 октября 2017 года Нижегородский государственный академический театр драмы имени М. Горького представит премьеру своего нового спектакля «Тот самый Мюнхгаузен» по пьесе Григория Горина. Постановщик — режиссер из Москвы Елена Невежина, известная нижегородскому зрителю по спектаклю «Павел I».

Как рассказала Елена Невежина, новую постановку неуместно сравнивать с известным фильмом 1979 года. Сценарий фильма отличается от текста пьесы Григория Горина «Самый правдивый», например, часть эпизодов была исключена, роль одного бургомистра поделили между собой два персонажа: бургомистр и герцог. «Фильм Марка Захарова — это совсем нехитрое кино, которое вызывает ностальгию по временам детства и молодости. В советское время мы все понимали, что фильм удивительным образом рассказывает вроде бы про нас, но какими-то другими словами. Это кино осталось там, где осталось, его никто не сможет переплюнуть», — считает режиссер.

Литературной основой нижегородской постановки стала именно пьеса. «Не столько горинский текст завибрировал во мне, сколько удивительная фигура Мюнхгаузена, — говорит Елена Невежина. — Этот образ у людей вызывает самые разные ассоциации, которые мы не знаем как классифицировать. Кто он? Фантазер? Враль? Человек, настолько опередивший свое время, понявший, что в сознании нашем живет настолько больше, чем мы можем сказать? Нам было любопытно посмотреть на этот текст Горина сегодня, потому что именно сейчас о том, что происходит с нами, хочется говорить иносказательно: напрямую — всем надоело и не действует, так что остается только иронизировать по этому поводу. На мой взгляд, Горин сам до конца не осознавал, за какое сложное дело взялся, когда стал писать эту пьесу. Фигура Мюнхгаузена шире, чем литературный образ, шире, чем это позволяют игры в „другое время“ с аллюзиями на современность, как это было, например, в фильме Захарова. Наши герои совсем другие, и сравнения с фильмом мы не боимся».

Особое внимание в спектакле уделяется музыкальному оформлению, которое создала швейцарский композитор и саунд-дизайнер Марина Собянина, кстати, уроженка Сарова. Для постановки был разработан специальный звуковой дизайн: часто используются не столько конкретные мелодии, сколько звуковые образы (soundscape). Например, в спектакле есть моменты, когда бьют часы, которые постепенно с помощью компьютерной обработки звука меняют свой тон, становясь своеобразным музыкальным инструментом. Есть и специальные звуковые темы героев: лирические или драматические. «Когда я работала над музыкальным сопровождением спектакля, то постоянно думала об относительности нашего восприятия. Так, тиканье часов может служить ритмическим сопровождением, перкуссионным инструментом. С любым звуком можно сделать что угодно, и наше восприятие его поменяется», — говорит композитор. Кстати, Марина Собянина, по совместительству джазовая певица, исполнила в спектакле одну из лирических арий — вокализ.

Работая над сценографией и костюмами, создатели спектакля исходили из того, что время, в котором мы живем, — это время «формата», объясняет художник-постановщик Дмитрий Разумов: «Ты либо офисный работник, либо представитель арт-пролетариата, либо просто рабочий. Для меня важно, что Мюнхгаузен — это человек, которого нельзя вогнать в какие-то определенные рамки, в конкретный формат. Это архетип, который не вписывается в отформатированное сознание современного общества, он вскрывает, взрывает противоречия нашего современного мира». Художник рассказал, что полет Мюнхгаузена на ядре вдохновил его на создание сценического образа — ядра, шара, переходящего в маятник Фуко: «Все, что находится в пространстве сцены, — это отблески зазеркалья этого странного ядра. Пространство спектакля сложное, здесь нет исторической однозначности, это отражения, преломления в осколках диска-шара».

По словам Елены Невежиной, пьеса вызывает много философских ассоциаций: «Когда мы начинали продумывать спектакль, у нас были такие мечты, не воплотившиеся, о том, что хорошо бы добавить философских текстов, например, про время, но горинский текст в конечном итоге взял свое. Он очень специфический. Григорий Горин начинал как автор скетчей, поэтому подача материала в пьесе немножко эстрадная, поэтому не все на него хорошо ложится. Так что, часть того, что мы придумали, ушла в наши творческие загашники. Тем не менее, теория относительности, время — это то, о чем мы много думали, когда начинали сочинять этот спектакль».

Спектакль в афише называется «не самый современный памфлет», но эту формулировку авторы относят на счет текста пьесы Горина, который написал ее в 1974 году. «Мы играем про современность, про сегодняшний день. Собственно и Горин писал не про XVIII век. Памфлет — это высказывание от первого лица на остросовременную, жгучую тему, которое может не совпадать с мнением окружающих. „Не самый современный“ — это в сегодняшнем контексте. Сейчас высказываться открыто от первого лица и поперек всему — тоже не очень современно», — убеждена режиссер.

Авторы объяснили и необычную графику на афише спектакля — линии жизни и судьбы, которые нарисованы как бы поверх ладони по всем правилам хиромантии. По замыслу постановщиков, это передает идею возможности примерить на себя чужую судьбу, ту, которую ты сам себе выдумал.

Роль барона Мюхгаузена в нижегородской постановке исполнил Сергей Блохин. В постановке также заняты  Вероника Блохина, Мария Мельникова (Марта), Наталья Кузнецова (Баронесса), Андрей Соцков (Феофил), Евгений Зерин (слуга Томас), Олег Шапков (Бургомистр) и другие артисты театра драмы.

Андрей Журавлев